Сойманов вскочил с пола и заходил в волнении по комнате.
— У вас просто-напросто холодная натура, — сказал он. — Вы эгоистка и ленивы.
— А вы дерзки и злоупотребляете тем, что я вам многое прощаю, как талантливому молодому писателю.
Опять они замолчали. Сойманов нервно ходил взад и вперед по комнате. Она следила за ним, закусив нижнюю губу и слегка улыбаясь.
— А знаете, кого бы я еще могла полюбить? — вдруг сказала Нина Аркадьевна. Сойманов сразу остановился против нее в нетерпеливом ожидании.
— Во-первых, он должен быть красив. Не хмурьте бровей, потому что вы знаете, что ваша наружность мне нравится. Во-вторых, он должен быть умен, нежен, скромен и талантлив. Кроме того…
— Кроме того?
— Кроме того, он должен любить меня больше своей жизни.
— Но ведь я вас именно так и люблю.
— Не говорите неправды!