— Гимн! Народный гимн! Братцы, в честь обожаемого монарха… Гимн!
— Гимн! Гимн! — загудели мерзавцы в папахах.
— Гимн! — крикнул вдали одинокий, неуверенный голос.
Но Сашка выдернул руку и сказал спокойно:
— Никаких гимнов.
— Что? — заревел Гундосый. — Те не слушаться! Ах ты жид вонючий!
Сашка наклонился вперед, совсем близко к Гундосому, и, весь сморщившись, держа опущенную скрипку за гриф, спросил:
— А ты?
— Что́ а я?
— Я жид вонючий. Ну хорошо. А ты?