— Желание красавицы — закон для всего мира.
Фотограф вновь показывает на экране последнюю картину, на этот раз в том виде, как он ее снимал. Всем сразу становится ясно, что не Пикколо держал слона на руках, а слон держал его на спине, когда он встал на нее вверх ногами… С галерки слышен недовольный бас:
— Оказывается — жульничество!
Но глаза мисс Барнум еще несколько раз останавливаются на клоуне с улыбкой и любопытством…
Когда же публика стала расходиться, очень довольная вечером, Барнум пригласил всех артистов поужинать у него в «Московской». Ужин был самый королевский: ведь давал его король всех музеев на земном шаре! Играл городской оркестр, лилось шампанское, говорились веселые тосты… Батисто сидел рядом с красавицей Мод. Без клоунского грима он, надо сказать, был очень недурным парнишкой; особенно хороши, говорят, у него были черные, сияющие глаза. Они весело болтали. Перегнувшись к ним через стол, толстый Барнум крикнул с обычной грубой шутливостью:
— Не находишь ли ты, моя дорогая Мод, что твой кавалер мог бы быть на два дюйма повыше ростом? Пикколо быстро ответил:
— Наполеон и Цезарь не хвастались высоким ростом!
— Ого! — сказал Барнум.
А Мод тотчас же подхватила:
— Милый па! Лучше умный человек небольшого роста, чем большой и глупый болван!