Но тут-то лукавый подтолкнул начальника городского училища. Такой он был худощавый, как-то скривленный набок и козелковатая бородка.
— Ваше превосходительство, — обратился он к Ренненкампфу. — Я, как педагог… исторический момент… редчайший случай… прошу разрешения задать один вопрос.
— Пожалуйста, пожалуйста, — великодушно разрешил Ренненкампф.
— Дедушка, — крикнул старику в ухо педагог. — Не можешь ли ты сказать нам: какой из себя был император Наполеон?
— Чего это? — переспросил старик. Тут пришел на помощь сам Ренненкампф. Он сказал своим резким командирским голосом:
— Ты скажи нам — какой был Наполеон наружностью? Большого роста или маленького, толстый или худой? Вообще какой он был из себя?
Тут и случилось что-то странное. Старик на мгновенье точно оживился и даже немного выпрямился. Он откашлялся, и голос его стал тверже и яснее.
— Какой он был-то? — произнес он. — Наполеон-тот? А вот какой он был: ростом вот с эту березу, а в плечах сажень с лишком, а бородища — по самые колени и страх какая густая, а в руках у него был топор огромнейший. Как он этим топором махнет, так, братцы у десяти человек головы с плеч долой! Вот он какой был! Одно слово — ампиратырь!
Что тут произошло, трудно описать.
— Это безобразие! — рявкнул Ренненкампф так страшно, что у всех присутствующих подогнулись ноги, а храбрый потомок Гримальди побледнел и пошатнулся.