— У вас нет никого родных, кроме дяди? — спросил я наконец, чтобы прервать молчание.
— Никого.
— А давно умерли ваши родители?
— Давно уж.
— И вы их не помните?
— Мать помню.
— Вы ее любили?
— Известно — мать. Скучно только было.
— Отчего же?
— Как же? Мы жили тогда в Р. Уйдет мать, бывало, на работу — она в прачки ходила — и запрет нас с сестренкой на целый день на замок…