— Отдай их ему… — с усилием проговорила Лиза среди рыданий, которые душили ее и коверкали ее лице в безобразные гримасы. — Он надо мной смеется! Пусть! Смейтесь надо мной! Я не боюсь!
Рыдания ее становились громче и громче. Я подошел к ней и взял ее за руки.
— Лиза, голубушка, полно — успокойся! никто не будет смеяться, — ласково сказал я.
Сестра прижалась к моей груди своим заплаканным лицом.
— Тебе он все рассказал? смеялся? — прошептала она…
— Он мне ничего не говорил и никогда никому не скажет. Я сам все слышал…
— Никому не говори, — опять прошептала сестра, прижимаясь ко мне, как будто просила защиты.
— Никому не скажу.
— И отдай мне письма, — нерешительно прибавила Лиза.
Она успокоилась и села на диван.