— Господин Негорев, — кликнул меня презус. — Знали вы этого человека?
Он указал на Оверина.
— Знал. Я учился с ним в гимназии.
— Как же вы говорите, что никогда не слыхали даже фамилии Негоревых? — отнесся презус к Оверину.
— Неужели вам не надоело все это? А мне надоело хуже редьки, — невнимательно сказал Оверин.
— Вы вредите и себе и другим, — убедительно заговорил презус. — Заметьте, что, покуда я бьюсь тут с вами, люди сидят в тюрьме…
— Так выпустите их, — равнодушно предложил Оверин. — Я не понимаю, зачем вы бьетесь со мной? О чем говорить тут?
— Я дописал, — сказал я, подавая мои ответы. — Неужели мне долго придется еще сидеть?
— Извините, я посмотрю ваши ответы, — проговорил презус и начал, шевеля губами, пробегать написанное.
— Два лица, — сказал он, кончив чтение, — свидетельствуют, что вы были на первой сходке членов, но потом отказались.