Наши маски улыбались,
Наши взоры не встречались,
И уста наши немы.
Пели «Фауста», играли,
Будто ночи мы не знали,
Те, ночные, те — не мы.
Из поднесенной некогда корзины…
Из поднесенной некогда корзины
Печально свесилась сухая роза,
И пели нам ту арию Розины: