И я спокоен.
Напрасно бес твердит: «Приди:
Ведь риза — драна!»
Но как охрана горит в груди
Блаженства рана.
Лобзаний тех ничем не смыть,
Навеки в жилах;
Уж я не в силах как мертвый быть
В пустых могилах.
Воскресший дух неумертвим,
И я спокоен.
Напрасно бес твердит: «Приди:
Ведь риза — драна!»
Но как охрана горит в груди
Блаженства рана.
Лобзаний тех ничем не смыть,
Навеки в жилах;
Уж я не в силах как мертвый быть
В пустых могилах.
Воскресший дух неумертвим,