— Смотри, старик! — пригрозил Макей, — к немцам заведёшь, живым не выпущу.
— Супротив своих не шёл. Сам в ту войну, был партизаном у деда Талаша. Игнат Зиновьевич Изох хорошо меня знает.
Услышав о Талаше, дед Петро сполз с седла.
-— Кто тут талашовец?
Проводник посмотрел на деда Петро с оттенком превосходства и вдруг поднял обе руки кверху.
— Никак Петро? Здорово!
— Соколов? Силантий! — воскликнул дед Петро.
Старики прослезились, узнав друг друга, вспомнили былые походы, бои с немцами.
Прошли Уболотье, миновали Рубеж, где стоял большой отряд эсэсовцев, и вышли на Пересопню. Здесь просушились, отдохнули и пошли дальше. Уже поздно ночью пришли в Усохи. Здесь было шумно и людно. По улице ходили вооружённые люди — это изоховцы.
— Хлопцы–макеевцы! — кричал кто‑то. — Сюда! Вот вам хаты.