Комарику стало жалко комиссара. Он сорвал с себя фуфайку и, подавая её цыганёнку, сказал без улыбки:
— Скажи комиссару, сорока, мол, на хвосте прислала.
Петых Кавтун непонимающе уставился своими большими глазами на политрука, не зная, как понимать его слова. Комарик улыбнулся:
— Неси, а то комиссар совсем замёрз.
Петых Кавтун, схватив фуфайку, бросился бегом мимо проходивших партизан. По цепочке раздался смех:
— Петя, чего назад бежишь? На фронт, что ли?
— Хлопцы, глядите — цыган шубу продаёт!
Петых смеялся вместе со всеми и язвил:
— Я продаю шубу, а ты что — дрожжи?
Сильнее всех раздавался голос Елозина: