— Витийствует, — съехидничал заштатный остряк Юрий Румянцев.
Макей, перебросив автомат за спину, присел, протягивая руки к костру. Свиягин замолчал и недовольно отвернулся в сторону. На бледном лице его от недавнего возбуждения проступили красные пятна. Желая успокоить его, Макей мягко спрссил о ноге, сильно ли кровоточит рана и предложил ему своего коня.
— Я хочу, — улыбнулся Макей, — чтобы ты приехал к жене здоровым. Ну, ногу на Большой Земле зараз вылечат. Ведь мы, хлопцы, к его жене в гости идём, — сообщил Макей.
Свиягин пуще нахмурил брови, но сказал спокойно:
— От моей жены, может быть, только пепел остался. Если к ним в лапы попала, добра не жди.
Кто‑то сказал:
— А кто же от врагов ждёт добра?
Тот, же голос спросил:
— А Броня вам пишет что‑нибудь, товарищ командир?
Макей встал, вынул из кармана трубку, закурил о г горевшей палочки. На смуглом, рябом лице его играла счастливая улыбка.