— Это восстание, это несомненно восстание. Да здравствует социализм!
Восторг охватил его. К нему вернулась вся его прежняя вера. И тогда он завоюет ее. Женщины никогда не отталкивают победителя.
Ни говоря ни слова, они поспешили к калитке.
Но тут у Гаэтано вырвалось громкое проклятие.
Он не мог выйти. В замке не было ключа. Его заперли в саду.
Он огляделся. С трех сторон поднимались высокие стены, а с четвертой была пропасть. Выхода не было. А из города доносился все более нарастающий шум. Слышался топот бегущих, раздавались выстрелы и крики. И слышно было, как они ревут: «Да здравствует свобода! Да здравствует социализм!» Он со всей силой потрясал калитку и тоже готов был кричать. Он был в плену. Он не мог быть с ними!
Донна Микаэла спешила к нему. Теперь, когда она его выслушала, она не пыталась больше удержать его.
— Постойте, постойте! — говорила она. — Ключ у меня.
— Вы, вы! — воскликнул он.
— Я его вынула, когда пришла сюда. Я подумала, что я смогу запереть вас здесь, если вы задумаете восстание. Я хотела спасти вас!