Они будут стоять на алтарях в церквах, лежать на могилах, их будут носить в петлицах, в волосах, на шляпах. Они будут цвести по всем дорогам, на вершинах развалин, на горной лаве.
И каждая миндалевая ветвь будет напоминать ей то время, когда Гаэтано был свободен и счастлив и она мечтала о том, чтобы провести с ним всю жизнь.
Ей казалось, что она только теперь вполне поняла, что он далеко и в заключении, и что она никогда больше не увидит его.
Она опустилась на стул, чтобы не упасть, ей казалось, что сердце ее перестает биться, и она закрыла глаза.
Сидя так, она впала в какое-то забытье.
Ей представлялось, что она у себя дома, во дворце в Катании. Она сидит в высоком вестибюле и читает. Он — веселая молодая синьорина Пальмери. И вот слуги вводить к ней торговца. Это красивый молодой человек, в петлице у него цветы миндаля. На голове он держит лоток с маленькими статуэтками святых, вырезанными из дерева.
Она покупаете несколько статуэток, а молодой человек в это время не сводит глаз с произведений искусства, украшающих вестибюль. Она спрашиваете его, не хочет ли он осмотреть ее коллекции. Разумеется, он хочет, и она идете с ним и сама все показываете ему.
Его восторг при виде всего окружающего убеждает ее, что он истинный художник, и она обещает себе не забыть его. Она спрашиваете, откуда он родом. Он отвечаете: «Из Диаманте». — «Это далеко отсюда?» — «Четыре часа езды в почтовой карете». — «А по железной дороге?» — «В Диаманте не проходит железная дорога, синьорина». — «Так вы должны провести ее». — «Мы слишком бедны для этого. Попросите богачей Катании, чтобы они построили нам железную дорогу!»
Сказав это, он уходите, но в дверях он оборачивается, подходить к ней и подаете ей миндалевые цветы. Это в благодарность за все те чудеса, что она показала ему:
Очнувшись, донна Микаэла не знала, сон ли это, или подобный случай действительно был. Гаэтано мог зайти в палаццо Пальмери, продавая свои статуэтки; хотя это и исчезло из ее памяти. И вот теперь миндалевые цветы пробудили в ней это далекое воспоминание.