— Сначала я хочу поговорить с вами, донна Элиза.
Ему было трудно говорить, и он тяжело дышал после каждого слова. Донна Элиза сидела около него и ждала.
Несколько времени он лежал, тяжело дыша, потом на лице его выступила краска, глаза заблестели, и он заговорил легко и быстро:
— Донна Элиза, — заговорил он, — я оставляю наследство. Это целый день беспокоит меня. Я не знаю, кому завещать его.
— Фра Феличе, — сказала донна Элиза, — вам нечего беспокоиться об этом. От хорошего подарка никто не откажется.
Но фра Феличе, собравшись с силами, хотел прежде чем решить вопрос о наследстве, рассказать, как милостив был к нему Господь.
— Великую милость оказал мне Господь, избрав меня в свои «полакко», — говорил он.
— Да, это великая милость, — поддержала донна Элиза.
— Быть даже самым, самым маленьким «полакко» и то уж большая милость, — сказал фра Феличе, — особенно это стало полезным с тех пор, как монастырь закрыли, а братия разошлась или вымерла. Ведь когда имеешь полный мешок хлеба, не протягиваешь руки за милостыней. Тогда постоянно видишь дружеские лица, и встречают тебя с глубокими поклонами. Я не знаю большей милости для бедного монаха, донна Элиза.
Донна Элиза думала о том, как почитали и любили все фра Феличе, потому что он предсказывал счастливые номера выигрышей в лотерею. И она не могла не согласиться с ним.