А жители Диаманте стоят внизу на улице. И все так рады, как будто выдают замуж своих дочерей.
Они стояли сначала молча, чтобы дать Гаэтано время объясниться. Но, спустя некоторое время, они решили, что все уже кончено, и раздались возгласы:
— Да здравствует Гаэтано! Да здравствует Микаэла!
Донна Микаэла смотрит на него с невыразимой тревогой.
Он должен понять, что она не имеет к этому никакого отношения.
Она выходит на галерею и посылает Лючию просить их перестать кричать.
Когда она возвращается, Гаэтано поднимается с места. Он протягивает ей руку, он собирается уходить.
Донна Микаэла тоже протягивает ему руку, сама того не сознавая. Но потом отдергиваете ее назад.
— Нет, нет, — говорит она.
Он уйдет, и, кто знает, вернется ли он завтра. А она не поговорила с ним, она не имела сил сказать ему хоть одно слово из всего, что она хотела сказать ему.