— Да, представьте себе! — отвечали гуси.
— Как, по-вашему, здесь уже весна? — спрашивали другие.
— Пока нет, ни листочка на деревьях, вода в озерах холодная! — слышалось в ответ.
Пролетая над усадьбой, где расхаживали домашние птицы, гуси спрашивали:
— Как зовется эта усадьба? Как зовется эта усадьба?
И петух, задрав голову, горланил:
— Усадьба зовется Малая Пашня! Все как и было! Все как и было!
Большая часть дворов, по обычаям Сконе, носила, видимо, имена своих хозяев: усадьба Пера Матсона или же Уле Бусона. Но петухи придумывали свои названия, более подходящие, как им казалось. На дворах бедняков-арендаторов они орали:
— Эта усадьба зовется Бескрупово!
А петухи, что жили на самых бедных торпах, кричали: