Но мальчик никого не видел, и когда он говорит об этом, старик снова повторяет:
— Король Эрик и тот обрел покой, я — нет!
И в его словах опять слышится глубочайшее отчаяние.
Потом они идут в восточную сторону сада — мимо купальни, которую садовник называет Сёдертэлье, и старинного замка — Хёрнингсхольм. Правда, здесь смотреть особенно нечего. Тут лишь скалы да шхеры, их видимо-невидимо, и чем дальше шхеры от берега, тем они более пустынны и голы.
Садовник с мальчиком поворачивает к югу, и Нильс узнает ту самую живую изгородь, которая называется Кольморденский лес. Значит, они приближаются к выходу.
Мальчику страшно понравилось все, что он увидел. И когда они подходят к большой решетке ворот, он хочет поблагодарить садовника. Но старик не слушает, а направляется прямо к воротам. Там он поворачивается к мальчику и протягивает ему лопату.
— Подержи-ка ее, — говорит он, — пока я отопру ворота!
Но мальчику и так уже страшно неловко, что он причинил столько хлопот этому суровому старому человеку, и он не хочет его больше тревожить.
— Незачем отворять ради меня эти тяжелые ворота, — просит он и в тот же миг вылезает через прутья решетки. Ведь для него, такого маленького, это сущие пустяки.
Он ничего дурного не думает и поэтому очень удивлен, когда слышит, как за его спиной садовник рычит от гнева, топает ногами и изо всех сил трясет железную решетку.