Тем удивительнее показалось Вольке, когда в носовой части корабля он вдруг обнаружил тёмную, грязную конуру с нарами, на которых валялись груды всяческого тряпья.
Пока он, поборов брезгливость, знакомился с убогим убранством этого крохотного помещеньица, подоспел Женя. Женя после тщательного осмотра пришёл к выводу, что эта неприглядная конура предназначена для тех пиратов, которых они, возможно, изловят в пути.
– Ничего подобного, – настаивал на своей точке зрения Волька. – Это просто осталось после капитального ремонта. После ремонта иногда остаётся какой-нибудь заброшенный уголок, где и тряпки валяются и разный другой мусор.
– Какая может быть речь о капитальном ремонте, раз ещё сегодня утром этого корабля и в природе не существовало? – сказал Женя.
На этот вопрос Волька не мог дать удовлетворительный ответ, и ребята пошли к Хоттабычу, чтобы тот помог разрешить их спор.
Но оказалось, что старик спит, так что увиделись с ним ребята только часа через полтора, за обедом.
Неумело поджав под себя ноги, они расселись на пушистом ковре, игравшем изумительно яркими красками. Ни стульев, ни столов не было ни в этих покоях, ни вообще где бы то ни было на этом корабле.
Один член экипажа остался наверху у штурвала, остальные внесли и расставили на ковре множество разных блюд, закусок, фруктов и напитков.
Когда они повернулись, чтобы покинуть помещение, Волька и Женя окликнули их:
– Куда вы, товарищи?