– Знаю ли я этого мерзкого человека?! – усмехнулся Хоттабыч. – Да, мы с ним как-то встречались… Ну, добрый мой Джованни, всё как будто в должном порядке. Покинем же скорее этот негостеприимный дом.
С этими словами он взял Джованни за руку и спокойно, словно сквозь двери, провел его на улицу прямо сквозь толстую каменную стену, за которой волновались обеспокоенные их долгим отсутствием Волька и Женя.
– Возьми, Джованни, обратно свой чемодан, – сказал старик молодому рыбаку, вручая ему невзрачный чемодан, который впору было бы выбросить на свалку.
Джованни готов был поклясться, что ещё секунду назад в руках Хоттабыча не было никакого чемодана. А тот, который ему сейчас передал Хоттабыч, не имел ничего общего с драгоценным чемоданом, чуть было не стоившим молодому рыбаку свободы.
– Пусть тебя не смущает его внешний вид, – сказал Хоттабыч, поняв удивление Джованни. – Согласись, что при его чудесных свойствах нарядная внешность не только излишня, но и вредна…
Они сердечно распрощались. Джованни побежал домой, чтобы успокоить своих товарищей, которые не знали, что и подумать по поводу его затянувшегося отсутствия. Слухи о его аресте до них уже успели докатиться, и они, конечно, не чаяли, что он скоро вырвется из цепких лап продажной генуэзской полиции. Можете поэтому себе представить, как они были рады обнять живого, здорового и свободного Джованни и выслушать из его уст историю его необычайных похождений.
А Хоттабыч тем временем вернулся к своим юным друзьям и, как вы сами понимаете, первым делом рассказал им со всеми подробностями о том, что только что произошло в кабинете инспектора полиции.
– Эх, – сказал Волька в сердцах, – я бы этому подлецу ещё такое на прощанье устроил, чтобы он на всю жизнь запомнил!
– Ты прав, как всегда, о Волька ибн Алёша, – глубокомысленно согласился Хоттабыч.
В ту же минуту за четыре километра от наших дружно шагавших друзей, в уже известном нам кабинете, произошло нечто, от чего жандарм, первым пришедший в себя, тут же снова упал без сознания: инспектор, только что валявшийся на полу, вдруг сильно сократился в своих размерах и неизвестно каким путём очутился в стеклянном графине, том самом, из которого всю воду выпил мистер Вандендаллес.