Ему указали на толстенького лысого сотрудника, сидевшего за обширным письменным столом, заваленным грудами писем.
– Только, гражданин, учтите: мест на «Ладоге» уже нет, – добавили ему при этом.
Старик, ничего не ответив, поблагодарил кивком головы, молча подошёл к толстенькому сотруднику, молча отвесил ему глубокий, но полный достоинства поклон, матча вручил ему упакованный в газетную бумагу свёрнутый трубочкой пакет, снова поклонился, так же молча повернулся и ушёл, провожаемый недоуменными взглядами всех, кто был свидетелем этой забавной сцены.
Сотрудник развернул газетную бумагу, и перед его глазами предстало самое необычное письмо, поступавшее когда-либо не только в Центральное экскурсионное бюро, но и в какое-либо другое советское учреждение. Это был желтоватый пергаментный свиток с болтавшейся на золотистом шёлковом шнурке большой зелёной восковой печатью.
– Видали ли вы когда-нибудь что-либо подобное? – громко спросил сотрудник и побежал немедленно докладывать своему непосредственному начальнику – заведующему сектором особо дальних экскурсий.
Тот, сразу бросив все текущие дела, помчался вместе со своим сотрудником к самому директору.
– В чём дело? – встретил их директор. – Разве вы не видите – я занят.
Вместо ответа заведующий сектором молча развернул перед ним свиток.
– Что это? – спросил директор. – Из музея?
– Нет, из текущей почты, Матвей Касьяныч, – ответил заведующий сектором.