Старик страшно обиделся:
– Разве я давал тебе, о мудрейший и благороднейший из отроков, основания сомневаться в моём могуществе? Я знаю, ты подумал сейчас о том, что я забыл – обращаю твоё внимание: временно забыл, – как расколдовывать малое колдовство, но в остальном…
Волька поспешил его успокоить. Он растолковал Хоттабычу, где именно валяется в платяном шкафу давно уже не интересовавший отца флакончик с «таро», и попросил отсыпать из него и принести всего одну-единственную столовую ложку этого замечательного порошка.
Через несколько минут Хоттабыч на практике убедился, что можно будет обойтись без парикмахера. Печальное недоразумение с Волькиной бородой следовало считать полностью исчерпанным.
А где-то далеко, в другой части города, досматривал в то время третьи сны вчерашний работяга-парикмахер, который так никогда и не узнал, от какой неприятной, а быть может, и опасной встречи избавила его одна столовая ложка серого порошка, таинственно исчезнувшая из плотно закрытого притёртой стеклянной пробкой флакона из-под цветочного одеколона «Крымская роза».
X. Интервью с лёгким водолазом
Всю ночь родители Жени Богорада провели на ногах. Они звонили по телефону всем своим знакомым, объездили на такси все отделения милиции, все больницы, побывали в уголовном розыске и даже в городских моргах, и всё безрезультатно. Женя как в воду канул.
Утром директор школы вызвал к себе и лично опросил всех одноклассников Жени, в том числе и Вольку.
Волька честно рассказал про вчерашнюю встречу с Женей Богорадом в кино, умолчав, конечно, про бороду. Мальчик, сидевший с Женей на одной парте, вспомнил, что часов около восьми вечера он видел Богорада на Пушкинской улице. Женя был в превосходном настроении и спешил в кино. Такие же показания дали ещё несколько учеников, но ни одно из них не помогло найти нить для дальнейших поисков.
Ребята уже начинали расходиться по домам, когда вдруг один мальчик вспомнил, что Женя собирался после школы пойти купаться…