— Да ведь вы слышали, каковы у них дела, — упорствовал в своем великодушии Петр Иванович, зная, что благородные роли ему всегда удаются.
— Но ведь, надо полагать, эти дела завелись не сейчас же, — заметил будто вскользь прокурор, и тотчас же, взглянув на вспыхнувшего Лупинского, прибавил, засмеявшись: — A вы полагаете, что в других волостях более порядку?
— Да, конечно…
— Итак?.. вопросительно произнес следователь вытирая перо.
— Я останусь при особом мнении, — гордо сказах Петр Иванович и стал смотреть в окно.
Наше дело осветить факты, — говорил ровным тоном прокурор, — и мы их достаточно осветим, признав Подгорного главным зачинщиком.
— A на счет старшины как? — спросил у Лупинского следователь.
— Это уж дело посредника, — с вежливой улыбкой ответил Петр Иванович, блестя беспристрастием.
— Так, стало, Петр Подгорный… начал следователь, и не успел он формулировать свою мысль, как прокурор прибавил: — препроводить с пятью другими зачинщиками в острог.
Петр Иванович шумно отодвинул свой стул.