— Завтра узнаешь.
— Закрыть счет я не разрешаю.
— Какое ты имеешь право? Я вкладчик, ты контролер.
— И жена.
— Верно, — согласился Николай, — Сотню оставим на закваску.
Вечером следующего дня дробный пулеметный треск, взбудораживший тихую улицу, заставил тетю Фросю выглянуть в окно. То, что она увидела, запомнится ей до конца дней.
Раскрасневшийся Николай со сбитой на затылок шапкой гарцевал на новеньком мотоцикле. Ему, видимо, очень не хотелось расставаться со своей машиной, и он то останавливался у самого подъезда, то опять срывался с места и исчезал из виду. А из-за его спины выглядывало сияющее личико Леночки. Одной рукой она держалась за Николая, а другой — прижимала к груди какие-то свертки.
Когда молодожены вошли, наконец, в комнату, тетя Фрося приступила к допросу:
— Что это? Зачем? На какие деньги?
Николай отвечал с такой заражающей веселостью, что, глядя на него, тетя не могла не улыбнуться: