Однако скромность величины от 4% до 5% товарной продукции как результата данной формы капиталистической эксплоатации будет понятна, если принять во внимание:
1) не засчитана вся та часть продукции, которая является фактической арендной и заработной платой мнимого «нанимателя»;
2) мелкий размер землепользования большей части из этих 20% дворов;
З) частичное участие в такой эксплоатации и верхнего слоя середняцких частей деревни, впрочем, ограниченное тем, что обычно они не имеют столь крупных избытков рабочего скота, какие позволили бы им особенно широко развернуть своё участие в этой форме эксплоатации безлошадных бедняков.
Понимание социально-экономической сущности того явления, которое по старой народнической традиции даже в сборниках советского ЦСУ называется ещё «отпуском сдельных рабочих», уяснение принципиального отличия в условиях нашей деревни между действительным наймом батраков (сроковые, годовые, подённые) и замаскированной капиталистической эксплоатацией, именуемой обработкой на сдельных началах богатыми своим скотом земли бедных, — всё это совершенно необходимо для сколько-нибудь полного учёта значения тонкого капиталистического слоя крестьян в самой организации сельскохозяйственного производства. В той же мере это необходимо и для учёта доли капиталистических элементов крестьянства в товарной продукции деревни, ибо они продают, например, не только то зерно, которое выросло на их землях и на арендованных ими землях, но также и то зерно, которое выросло на тех бедняцких землях, где они выступали в опереточной роли «сдельных рабочих».
Бедняки, «нанимающие» богатых; богатые, являющиеся «пролетариями» по отношению к эксплоатируемым ими на деле беднякам, — до такой терминологии (обозначений), побивающей рекорд экономической безграмотности, могло договориться только народничество, не желавшее знать классового смысла описывавшихся им явлений. Известно, как в одну кучу «промыслов» народники валили и открытие кулаком трактира или заводика и поступление бедняка рабочим на этот заводик или в этот трактир. Тем смешнее теперь, когда наше советское ЦСУ, дав в своём «Справочнике» отдельно сведения о «сдельных рабочих» и о действительных батраках, потом с истинно народнической непринуждённостью складывает рабочих с хозяевами и получает идиллические картинки (стр. 87), как чуть не все группы крестьян производящей полосы почти одинаково «пользуются наёмной рабочей силой вообще» (у девяти групп из десяти при таком сложении получаются колебания только от 27% до 44% всех дворов каждой группы). Таким путём совершенно замазывается действительная противоположность характера высших, капиталистических и низших, бедняцких групп, и напускается туман в ясное дело. Вместо того чтобы одни нанимались, а другие нанимали — все оказываются и нанимающими и нанимающимися. И некритическому наблюдателю, берущему готовую табличку и не исследующему, из каких частей она составлена, даётся основание думать, что народники были правы в вере в «особый» характер нашего крестьянства. Нет классового расслоения, ибо даже в производящей полосе почти все группы почти равномерно пользуются «наёмной рабочей силой вообще», — очевидно, когда по случайным причинам это временно надо (народники всегда указывали на временную малосемейность, отсутствие работника и т. д.). Мы видели, однако, какие разные на деле социальные группы скрываются за этой мешаниной. Капиталистический крестьянин нанимает батрака и, сверх того, эксплоатирует в едва замаскированной форме бедняка — вот как расшифровывается неряшливое складывание рабочих и хозяев нашим ЦСУ. От этой неряшливости, от этой неграмотной народнической традиции пора отказаться.
3.4. Лжеколхозы
Следующая, третья, группа капиталистического предпринимательства в сельском хозяйстве — это лжеколхозы, сельскохозяйственные производственные лжекооперативы. Сельскохозяйственная производственная кооперация получила у нас в последние годы довольно приличное развитие, но среди этих колхозов попадается всё-таки довольно много лжекооперативов. Их типичным признаком является часто организация сельскохозяйственных кооперативов из лиц, которые никогда сельским хозяйством не занимались.
Вот, например, в «Правде» от 27 мая 1926 г. напечатано описание одного сельскохозяйственного кооператива здесь в Москве. Он называется «Москоопсельхоз» и был основан художником Балиевым, бывшим коллежским асессором Воротниковым и бывшим помещиком Макаровым. Они получали от госучреждений различные товары, получали кредиты, — одним словом, за восемь месяцев довели свои обороты до 2 млн. руб. и к тому моменту, когда были арестованы, причинили государству убытков на 600 тыс. руб., которые так и не были возмещены.
Другой московский пример. В «Известиях» от 4 июля 1926 г. можно читать историю сельскохозяйственного кооперативного товарищества по общественной обработке земли имени председателя ЦИК СССР т. Калинина. Этот «колхоз» Московской губернии от МОЗО (Земельного отдела Моссовета) получил на 20 тыс. руб. строений, на 5 тыс. руб. живого и мёртвого инвентаря и т. д. Коров продали мяснику, продали свиней и т. д.‚ одним словом — «использовали». Обследование показало, что сами члены кооператива приезжали туда только для того, чтобы играть в городки, и когда им во время судебного следствия показали лежавший на дворе культиватор (сельскохозяйственное орудие), то ни один не мог объяснить, что это такое. Работа у них велась путём наёмных рабочих.