— Скажите, редактор журнала тоже пионер?
Секретарь немного подумал и с расстановкой ответил:
— Видите ли, не так, чтобы уж совсем пионер, но… Если бы в 1880 году были пионерские организации, я думаю, он был бы самым примерным пионером!
— Но, — налегал Шайба, — все таки он есть сознательный товарищ?
Секретарь пожал плечами:
— Кто ж его знает?.. Вот уже двадцать три года, как он большевик — это я знаю, а насчет сознательности — не отвечу… По моему — сознательный!
Делегаты немного посовещались и решили, что за такое время пребывания в партии даже Колька сделался бы сознательным и потому пришли к единогласному заключению:
— Конечно, редактор человек сознательный и пионеров понимать должен.
Шайба оглянул комнату, повертел дверной ручкой и сказал секретарю строго:
— Ну, вот! Мы, т. е. Я, Колька и Май — являемся делегацией краснооктябрьского отряда и должны выразить свою радость по поводу годовщины самому редактору и сделать ему кой-какие указания по поводу журнала!