У распахнутых настежь дверей стояло два матроса с наганами за поясом, с бомбами и с короткими карабинами за плечами.
Шикарные брюки — клеш, казалось, заслонили собою все телеграфное помещение от Мишкиных взглядов.
— Ку — у — да прешь? — заорали вооруженные.
— На службу!.. Куда еще?
— Ишь ты, — улыбнулись матросы — выходит, что ты не саботаж, а форменный братишка революции… Ну, молодец… Нашим будешь!.. Ну, сыпь, братишка, сыпь…
В коридорах — пустота вчерашняя, и только из внутренних комнат доносился слабый и невнятный шум голосов, да слышны где-то в коридорах чьи-то гулкие шаги, — тяжелые, претяжелые…
Мишка кинулся быстро в дежурку:
— Кто то есть!
Влетел, распахнул дверь и —
— Ба-а, Сахаров?!.