Далее является фактом, что официальная цена в Нью-Йорке на розничную продажу платины в первой четверти (январь-март) 1929 года составляла от 64 до 65 долларов за унцию (против 112–120 долларов за унцию в течение периода от 1923 до 1926 года), другими словами, мировая цена на платину уже близко подошла к самому пределу русской себестоимости.
Наконец, самым несомненным фактом является тот, что фактически убыток в миллионы долларов, понесенный русским бюджетом и русским народным хозяйством вследствие неправильной политики продаж — убыток, который за время от 1-го апреля 1927 г. до 1-го апреля 1929 г., может быть оценен минимально в 5.250.000 долларов, — не может быть возмещен даже самыми распрекрасными фразами годового отчета «Акц. О-ва по продаже платины».
При этом нужно иметь в виду, что народный комиссариат финансов, несмотря на эти совершенно бесцельные жертвы и несмотря на то, что не удалось устранить конкуренцию прочих стран-производителей, все равно не достиг настоящей поставленной им цели: учреждения собственной независимой организации по продаже платины. Ведь, продажи все равно и ныне не производятся собственными органами по продаже, а осуществляются лишь на комиссионном основании через посредство разных платиновых торговцев в Лондоне, Париже и Нью-Йорке. Разница только в том, что прежде Валютное Управление продавало крупную годовую партии твердо по высокой цене и, в виду этого, выступало на мировом платиновом рынке в качестве важного, решающего и стабилизующего фактора. Теперь же «Акц. О-во по продаже платины» с многоголовым аппаратом служащих размещает товар на рынке маленькими партиями на комиссионном основании по низким и вечно меняющимся ценам и поэтому лишено возможности гарантировать русскому бюджету твердую, заранее точно определяемую, доходную статью.
При сегодняшнем положении дела «Акц. О-во по продаже платины», хотя и является номинально совершенно независимым, но фактически оно, может быть, находится еще в большей зависимости от контролирующих мировой платиновый рынок и борющихся против него крупных платиновых фирм, чем Валютное Управление со своими монопольными договорами в период 1924–1926 г.г.
Цель, которую поставило себе «Акц. О-во по про-даже платины» в упомянутом своем отчете от 25-го февраля 1928 г., а именно «вновь завоевать для русской платины ту позицию, которую она занимала до всемирной войны, когда свыше 96 % мирового потребления этого металла покрывалось экспортом из России», при нынешних изменившихся обстоятельствах является печальной утопией.
Сегодня, когда, кроме Россия, и другие страны, в особенности Колумбия, Южная Африка и Канада, развили серьезную добычу платины, Россия не может претендовать, как до войны, на удовлетворение 96 % мирового потребления, а лишь на то место на мировом рынке, которое полагается ей при сегодняшнем положении дела. А это место не оспаривается у советской России. Путем надлежащего соглашения с уже существующими на платиновом мировом рынке факторами, России удалось бы это место удержать гораздо спокойнее и увереннее, чем путем борьбы цен, проводимой с громаднейшими убытками.
Эта борьба, начатая два года тому назад и направленная в действительности на то, чтобы добиться диктаторского положения на мировом рынке и уничтожить колумбийскую и прочую конкуренцию, может ныне считаться окончательно проигранной.
Глава четырнадцатая
Монетный двор в Лонлоне — Чеканка русской серебрянной и медной монеты — Покупка чистого серебра — Аффинаж русского серебра
Одновременно с другими задачами, мне было поручено вести переговоры с Английским Королевским Монетным Двором (The Royal Mint) в Лондоне относительно чеканки русской серебряной монеты.