— Правильно! А мы их перехитрили. К вашему сведению, я об этом подумал, когда распределяли роли. И у Зивтынь и у Букулта уже есть дублеры. Они все время присутствуют на репетициях, готовят свои роли, а когда придет время, порадуют нас приятным сюрпризом.
— Вот это славно, — обрадовался Кукур. — Кто это, если не секрет?
— Роль краснофлотца готовит Вилцинь, который недавно перешел к нам из Передвижного театра, а роль комсомолки дублируют сразу две актрисы. Обе будут лучше Зивтынь.
— Странно, для чего же скрывать это? — спросил Кукур.
Калей кивнул головой в сторону Яундалдера:
— Расскажи ты.
— Эта своеобразная конспирация вызвана следующими причинами, — начал Яундалдер. — Во-первых, мы не хотим, чтобы Букулт калечил и дублеров. Если их сейчас передать ему, он будет их гонять и муштровать до тех пор, пока они не станут сами на себя не похожи. Во-вторых, если Букулт заметит наш маневр, он может преподнести нам на премьере такой сюрприз, что мы только ахнем. А главное, надо показать клике Букулта, что мы совсем не такие простачки, за каких они нас принимают. Пусть старый лис поймет, что мы все видим, все понимаем и в силах его обезвредить. Ну, а после премьеры поговорим с ним с глазу на глаз. Фактами припрем его к стенке и дадим выбрать: или трудиться честно, для народа, как подобает служителю подлинного искусства, или уйти на какую-нибудь другую работу, которая не связана со сценой. Уверен, что он выберет первый путь.
— Мне кажется, что после этого совещания наш актив удвоится, — сказал Калей. — От группы реакционно настроенных актеров надо отколоть всех, кто еще по своему недомыслию плетется у нее в хвосте. Я только что получил из Москвы много новых книг. Некоторые следовало бы изучать всем коллективом. Думаю, что Яундалдер это организует. Наш театр до сих пор варится в собственном соку, только этим можно объяснить самодовольство и упрямство некоторых маститых. Если бы они немного больше читали и поразмыслили о своем месте в обществе, о своем общественном лице, они устыдились бы своих капризов и стали бы совсем иными людьми. Что мы ставим им в вину? Буржуазное общество, реакционный режим делали все, чтобы отравить их, сузить их кругозор, оттолкнуть от народа. Мастер сцены должен стать активным членом общества, деятельным участником всенародной борьбы за социализм. Вы думаете, в Советском Союзе в первые годы после Октябрьской революции было легче? Там многие интеллигенты переболели той же болезнью, и прошло известное время, пока они поняли, что борются с собственной тенью. Поймут и наши. Только поможем им скорее пережить этот духовный перелом. Через несколько лет нам уже не придется обсуждать такие вопросы, из-за которых мы собрались сегодня. Только побольше выдержки, товарищи. Не нервничать от первых неудач. Дело наше верное.
Выходя из кабинета директора, Мара наткнулась на Зивтынь. Маленькая актриса нимало не смутилась, хотя всякий бы понял, что она по старой памяти подслушивала у двери.
— Что нового? — подобострастно заговорила она с Марой, взяв ее под руку, и потащила к красному уголку, который был устроен в комнате отдыха.