— Все в порядке, — объяснил он Понте. — Они ждут нас.
Наконец-то Понте удалось собственными глазами увидеть «зеленую гостиницу». Ночью ничего нельзя было разобрать, да и при дневном свете трудно было что-нибудь заметить здесь с первого взгляда. В самом высоком и сухом месте была вырыта огромная землянка, надежно замаскированная окружавшими ее ветвистыми соснами. Это был целый комбинат с кухней, баней, складом, с одним большим и множеством маленьких жилых помещений Радзинь с Ницманом в свое время порядком потрудились, оборудуя по указанию Никура это логово. Там была радиоаппаратура и маленькая типография, а склад напоминал небольшой арсенал. Несколько постов круглые сутки охраняли «зеленую гостиницу». В большом помещении на стене висели портреты Ульманиса и Никура в парадном облачении — во фраках и с орденами.
Когда все обитатели «зеленой гостиницы» собрались в большом помещении, Понте почувствовал себя даже как-то неловко. Он знал в лицо большинство этих людей, занимавших когда-то видное положение, и ему казалось странным, что он, заурядный шпик охранного управления, не только сравнялся с ними, но даже стал чем-то вроде начальника и распорядителя всей этой важной компании. Тут было несколько директоров департаментов, несколько высших военных чинов, командиры айзсаргов и один из самых черносотенных журналистов. Самоуверенно держался олдермен студенческой корпорации Индулис Атауга. Старший лесничий Радзинь, тоже приглашенный на это важное совещание, смиренно жался в самый темный угол. Лесника Миксита на совещание не пустили, он сидел в передней и ждал, когда его позовут, если это вообще будет нужно.
Взгляды, устремленные на Понте, вопросительные взгляды более двадцати пар глаз, сильно его смущали. Он несколько раз откашлялся, вытер платком вспотевший лоб и начал:
— Уважаемые господа… имею задание сообщить вам, что мы должны ожидать скорой развязки. Скоро настанет конец вашей конспиративной жизни в «зеленой гостинице». Верховное руководство признало необходимым, чтобы каждый из нас в ближайшие дни находился на своем посту и был готов выполнять полученные задания. Господин Никур прислал мне из-за границы указания, что война между Германией и Советским Союзом может начаться в любой ближайший день. Надо ждать, что война долго не затянется и, может быть, уже через несколько недель закончится победой Германии. Задание такое: как только начнется война, каждому из вас надо будет направиться в свой район и начинать действовать против большевиков и Красной Армии. Нельзя допустить, чтобы советские активисты ушли у нас из-под рук, их надо ловить и истреблять. Надо стрелять в спину большевистским войскам, мешать отступлению Красной Армии, разрушать линии связи. Руководителям боевых групп придется действовать самостоятельно, не ждать подробных указаний на каждый случай. Надо постараться захватить в свои руки власть, как только большевики начнут уходить. Обязательно составлять черные списки по всем городам и волостям. Расправу можно начинать, не дожидаясь установления военно-полевых судов.
— Вот это здорово! — не удержался Индулис Атауга. — Теперь мы поработаем. На каждом телефонном столбе будет висеть по большевику или комсомольцу.
— У меня черный список уже готов, — сказал командир роты айзсаргов Зиемель.
— Верховное руководство рекомендует сейчас же начать активизацию наших людей, — продолжал Понте. — Пусть каждый проверит свое оружие. Когда начнется война, всем нам надо распространять тревожные слухи, подымать панику, беспорядки. Только пусть каждый сам рассчитает, когда ему выступить открыто. Некоторых, кто слишком рано снял маску, чекисты арестовали и выслали в Сибирь. В нашем уезде вчера арестовали шесть человек. В их числе два командира айзсарговских батальонов. Слишком рано высунулись из своих тайников Нельзя спешить…
— Но нельзя и запаздывать, — вырвалось у одного из полковников. — Работенки много. У меня давно уже руки чешутся. Пора, пора начинать войну.
— Гитлеру не придется жалеть, что он понадеялся на нас, — прозвучал из угла комнаты голос бывшего главного лесничего Радзиня.