Марта улыбнулась.
— Покрасоваться любишь, не хуже петуха. Я раскисла! Погляжу еще, что ты к вечеру запоешь. Ну, уж если так хочется похвастаться — на, бери, покажи свою силу.
Ей ли было не знать своего мужа: ведь он без посторонней помощи выворачивал самые тяжелые валуны, подымал на тачку и отвозил на край поля. Отдав мужу мальчика, Марта немного отстала и завела разговор с Марой.
Мара рассказала, что из Риги она выехала на грузовике, что на другой день машина попала в затор и у нее сломалась ось, пришлось идти через всю Видземе пешком. Один раз группу беженцев, в которой она шла, обстреляли бандиты, но их разогнал подоспевший отряд милиции. В этот раз Мара растеряла своих спутников, они, видимо, ушли вперед.
— Куда вы думаете ехать?
— Если бы я сама знала… — Марта грустно улыбнулась. — А вы в определенное место эвакуируетесь?
— Куда-нибудь поближе к Латвии. Очень далеко от дома уезжать не хочется.
— А если фашисты пойдут дальше? Если не удастся остановить их сразу?
— Тогда придется ехать дальше. В руки им ни за что не дадимся.
— Ни за что! — повторила Мара. — В глаза я их еще не видела, но на дела их насмотрелась. Это не люди!