- Не могу! я поклялся Николаю!.. Он говорит, что это для вашего же добра…
"Что за тайна?.. - подумал Артемий Петрович, - посмотрим, к чему это все ведет!"
- Хорошо! - прибавил он вслух, - встань! делай, что приказал тебе Зуда, молчи о том, что я тебе говорил, и всегда, непременно, становись на карауле у дверей моего кабинета, как скоро будут в нем двое. Да вот и Зуда, легок на помине!
В самом деле, араб только что успел встать, как вошел секретарь кабинет-министра. Смущение на лице господина и слуги встретило его; но он сделал вид, что ничего не примечает, скорчил свою обыкновенную гримасу и, съежившись, ожидал вызова Артемия Петровича начать разговор.
- Выдь вон, - сказал Волынской арабу, потом, обратившись к своему секретарю, произнес ласково: - Ну что слышно о малороссиянине?
- Он пойман и содержится в канцелярии полицеймейстера.
- Пойман?
- Да, ваше превосходительство; что ж тут удивительного?
- От кого ты знаешь эту весть?
- Я сам видел его.