- И что за Горденко такой, и не ведаю…
- Те, те, те! эка разумница!
- А подруга малороссиянина?
- Об ней не хлопочи. Она, пристав и другие, кто дорогою только знавал проклятого хохла, что нагородил нам столько дола, - все под присягою сказали…
- И я тоже не прочь!
- Смотри!.. Знаешь, с кем будешь иметь дело!.. Живую зароем в землю…
- Тяните из меня по жилке клещами, если я проговорюсь. Что мне за неволя болтать на свою голову? Может, еще и пригодитесь на черный день.
- О, как же! как же! Экое сокровище!.. Ну, не останешься, милочка, без награды от самого.
И подражая самому, Липман протянул в знак милости руку цыганке, улыбаясь огромными своими губами, так, что в аде сонм зрителей, конечно, рукоплескал этой художнической архидиавольской улыбке, если только тамошние зрители могут любоваться игрою здешних собратов - актеров.
Этим кончился допрос. Мариула, вместо ожиданной напасти, понесла с собою лишний серебряный рублевик, да еще уверение в покровительстве первого человека в империи. Можно догадаться, как обрадовался Василий, увидав ее живою и веселою.