* Перкун - славянский бог Перун, которого и теперь латыши нередко поминают. "Дедушка Перкун сердится, Перкун стучит", - говорят они, слыша гром.
У мальчика глаза разгорелись и запрыгали. Он вскочил с земли, схватил лежавший подле него булыжник и, подняв руку на старуху, закричал:
- Попытайся, попытайся-ка; тут тебе и дух вон!
- Что ты делаешь, проклятое семя? - вскричала женщина, вошедшая в избу так тихо, как тень вечерняя. Взглянув на пришедшую, мальчик обомлел и выпустил камень из рук.
- Ты это, Елисавета Трейман? - спросила старушка с радостным лицом. - Голос-ат твой слышу, а глазами плохо тебя смекаю.
- Я, бабка Ганне! - отвечала Ильза, поцеловав старушку в лоб, села возле нее на кровать, развязала котомку, бывшую у ней за плечами, и вынула кадушечку с маслом, мягкий ржаной хлеб и бутылку с водкой. - Вот тебе и гостинец, отвесть душку.
Старушка дрожащими иссохшими руками схватилась за подарки, не зная, за который прежде приняться; потом бросилась было целовать руку у маркитантши.
- Ну, что нового, бабка Ганне? - продолжала Ильза, отняв у ней руку.
- Нового, нового, мать моя? Дай, господи, мне память! - сказала голодная старуха, вынув с трудом из стены заржавленный нож и подав его маркитантше, чтобы она отрезала ей хлеба. - Да, у скотника в Пебо отелилась корова бычком о двух головах.
- Э, бабка, это случилось в запрошлом лете.