- Идем! - сказал Фриц, достал где-то фонарь и увлек за собою Бира на то место, где лежал Густав. - Видите ли этого человека? Помогите мне встащить его на плеча ко мне: хорошо, так; ступайте за мной; придерживайте его дорогою, чтобы он не свалился.
Так распоряжался Фриц, и покорный ему библиотекарь с особенным усердием выполнял его волю. В поле, при свете фонаря, последний пустил страдальцу кровь. Бир узнал Густава, и как скоро этот начал приходить в себя, он удалился, потушив фонарь.
Густав открыл глаза, остановил их на Фрице, посмотрел кругом себя и не мог придумать, где он находился.
- Не вовремя вздумали умирать! - сказал добрый конюх, стараясь понемногу ободрить больного. - Я нес вам приятные вести, а вы хотели сами приступом взять их.
- Приятные вести? - спросил Густав, приподнимаясь на одну руку, не понимая, почему другая не повиновалась. - Ах! я слышал такие ужасные, не понимаю где, во сне или наяву? Ради бога, говори!
- Потише, повторяю вам, потише. Видите ли кровь? я принужден был пустить вам ее. Теперь вы в моей команде, волей или неволей, прошу не прогневаться. Спокойны ли вы?
- Да, я спокоен!
- Теперь могу передать вам радостную весть: фрейлейн Зегевольд будет жива; перелом болезни миновался, и лекарь отвечает за ее выздоровление.
- Правда ли? Не стараешься ли меня утешить обманом?
- Верьте не мне, богу.