То, что она не принялась спорить, было уже хорошим признаком.
Дня три спустя после этого разговора, делая обход, Ветров заметил, что в его палатах стало как будто светлее и чище. Тумбочки покрылись салфетками, а на одной из них, которая стояла у кровати больного с вытяжением, появилась вазочка с искусственными цветами.
После обхода Ветров похвалил Катю, однако сделал это довольно сдержанно.
— Но вот занавесок на окнах я не вижу, — сказал он в заключение. — О них вы забыли.
— Из чего же их шить? — спросила Катя.
— А из чего они сшиты у вас в общежитии?
— Из марли.
— Вот и здесь сделайте из нее же. Только нужен этакий, знаете, вкус, чтобы они походили не на простой обрывок марли, а на настоящую занавеску, хотя бы и скромную.
— А где я возьму марлю? Нам ее отпускают в обрез. Не могу же я использовать ту, которая дается на операции.
— Конечно. Я схожу к Бережному, и он пойдет нам навстречу.