Долгие века крайний север не был доступен человеку. Арктика (так же как и Антарктика), огражденная ледяными барьерами, не допускала человека в свои пределы. Только теперь, когда наука и техника достигли высокого развития, можно было поставить «на очередь» — в порядок дня — завоевание полярных областей.
Но попытки приникнуть на далекий север предпринимались уже с давних времен. Экономические интересы — поиски металлов, торговля, захват новых земель — были двигающей причиной всех великих географических путешествий. История сохранила нам предание, что первый исследователем северных стран был греческий мореплаватель из города Марселя — Пифей. Пифей отправился на север за янтарем, который привозился в Грецию с берегов Балтики. Через Геркулесовы Столбы (Гибралтарский пролив) Пифей вышел на простор Атлантического океана и поплыл на север. Он поднялся до островов современной Англии, которые получили позже название Альбиина за свои белые меловые утесы. Затем Пифей обогнул Шотландию и прибыл в места, где «солнце не заходило и где воздух был белым и таким густым, что сквозь него ничего не было видно, а море было покрыто твердой корой».
На севере Пифей открыл остров, который он назвал Туле (или Фуле — крайний пункт земли). Здесь началась снежная буря, и Пифей и его спутники, уроженцы теплого юга, где никогда не бывает снега, были охвачены ужасом и поспешили вернуться обратно.
Много столетий позднее, когда были уже заселены северные окраины Европы, далекий север не переставал манить мореплавателей. Жители северных областей Европы замечали, что весною куда-то дальше на север летели бесчисленные стаи гусей, журавлей, лебедей и других птиц. Иногда из северных морей ветер пригонял льдины и на льдинах приплывали белые медведи, тюлени и моржи. Все это привлекало внимание к далекому северу.
В средний века жители Скандинавии — норманны — первые предприняли атаки на Арктику. В своих ладьях они бесстрашно пускались по неведомому океану.
Почти тысячу лет тому назад норманны открыли и колонизировали Исландию и Гренландию. Но холодные и бесплодные страны Арктики не могли, конечно, удовлетворить хищнических аппетитов норманнов, и постепенно интерес к северу ослабевал.
Полярная область снова стала привлекать внимание только после того, как в странах Западной Европы развился торговый капитал, который заставлял искать новых рынков. В 1492 г. Христофор Колумб в поисках пути в Индию открыл Америку, и люди убедились, что наша земля представляет собой огромный шар, который можно объехать крутом, следовательно, можно попасть в Америку и на восточные берега Азии северным путем.
Через холодный север в страны теплого юга.
У мореплавателей XVI века вполне естественно родилась мысль: если земля — шар, то, следовательно, достигнуть богатых восточных стран — Китая, Японии и Индии — можно и через север. Для этого нужно только объехать Европу и Азию или Америку и отыскать морской проход из Атлантического океана в Великий.
Так в географической науке были поставлены два великих вопроса — о северо-западном и северо-восточном проходах. Ставя на разрешение эта вопросы, мореплаватели XVI и XVII столетий не знали, что северное море большую часть года покрыто льдом, затрудняющим плавание. В это время в науке господствовало убеждение, что соленая вода океана не может замерзать, и поэтому считали, что северные моря вдали от берегов свободны от плавающих льдов.