И по ночам за окнами дворца
Стоит без сна, испуганный и кроткий.
И в полутьме белеет профиль четкий
Привычного, монетного лица.
И видит вновь – слепительный огонь! –
На площади народ и гильотину…
И чувствует, как вновь ему на спину
Ложится чья-то жесткая ладонь…
И от кошмара падая назад,
За пуховик широкого алькова,