– К тому же мадам вовсе не госпожа де Реаль, – признал граф де Крозон.
Это стало последним ударом. Ганимар был потрясен. Он застыл, опустив голову и избегая смотреть на присутствующих. Все его комбинации развалились. Здание рушилось.
Господин Дюдуа встал.
– Извините нас, мадам, произошло прискорбное недоразумение, о котором я прошу вас забыть. Единственное, чего я не понимаю, так это вашего смущения… вашего странного поведения с момента, как вы тут появились.
– Боже мой, мсье, мне было страшно! В моей сумке драгоценностей более чем на сто тысяч франков, а поведение вашего друга особого доверия не вызывало.
– Но как объяснить ваши постоянные отлучки?
– Разве моя работа того не требует?
Господину Дюдуа нечего было возразить, и он повернулся к своему подчиненному.
– Вы собирали информацию с прискорбной небрежностью, Ганимар, и сейчас вели себя в отношении мадам самым бестактным образом. Вам придется объясняться у меня в кабинете.
Встреча завершилась, начальник сыскной полиции собирался уйти, когда произошло нечто, в высшей степени озадачившее всех. Госпожа Реаль подошла к инспектору.