– Боже, какой кошмар! Мой фальшивый бриллиант перешел к матросу… И часы капитана… И стрелки часов…

Еще никогда Шолмс не ощущал так остро борьбу, которая шла между ним и Люпеном. Наделенный необычайным инстинктом, он угадывал под этой чрезмерной веселостью мощную концентрацию мыслей, сосредоточение всех способностей.

Люпен постепенно приближался. Англичанин отступил и рассеянно сунул руку в жилетный карман.

– Три часа, господин Люпен.

– Уже три часа? Какая досада! Мы так веселились!

– Я жду ответа.

– Моего ответа? Бог мой! Какой же вы требовательный! Так, значит, это конец партии, которую мы играем? И в качестве ставки – моя свобода?

– Или голубой бриллиант.

– Хорошо, вы первый. Что вы делаете?!

– У меня король, – ответил Шолмс и выстрелил.