Англичанин произнес:
– Алло! Алло!
Тишина. Потом Шолмс ответил:
– Да, это я, Максим.
И тут разыгрался спектакль, трагический в каждой своей детали. Неукротимый Люпен, насмешник Люпен даже и не думал скрывать своего беспокойства, его лицо побледнело от тревоги, он пытался расслышать, угадать… А Шолмс продолжал отвечать таинственному голосу:
– Алло… Алло, да, все закончено, я как раз собирался встретиться с вами, как мы договорились… Где? Там, где вы сейчас. Вы думаете, что там…
Он колебался, подыскивая слова, потом замолчал. Было ясно, что он пытается расспросить девушку, но ему не удается это и он не знает, где она находится. Кроме того, присутствие Ганимара, казалось, стесняет его… О, если бы какое-то чудо могло прервать нить этого чертова разговора! Люпен всеми силами желал этого, нервы его были напряжены.
И Шолмс произнес:
– Алло! Алло! Вы не слышите меня? И я тоже… очень плохо… с трудом понимаю… Вы слышите? Ну да… если подумать… лучше было бы, если бы вы вернулись к себе… Какая опасность? Никакой… Но он в Англии! Я получил телеграмму из Саутгемптона, подтверждающую его прибытие.
Какая ирония была в этих словах! Шолмс произнес их с невыразимым удовольствием. И добавил: