Ганимар махнул рукой, и двое охранников подхватили арестованного подмышки. Но тут же отпустили его, закричав от боли: двумя руками Арсен Люпен вонзил в них длинные иглы.
Обезумев от ярости, остальные полицейские бросились к нему. Их гнев рвался наружу, они сгорали от желания отомстить за товарищей и за выслушанные многочисленные оскорбления. И они стали наносить удары, соперничая друг с другом. Самый сильный удар попал Люпену в висок. Он упал.
– Если вы его изувечите, то будете иметь дело со мной.
Ганимар наклонился, собираясь привести Люпена в чувство, но, убедившись, что тот нормально дышит, распорядился, чтобы преступника взяли за ноги и за руки, а сам он будет поддерживать туловище.
– Идите осторожнее, не трясите. Ах, чуть его не прикончили! Эй, как вы себя чувствуете?
Люпен открыл глаза и прошептал:
– Не очень, Ганимар… Меня могли убить.
– Сами виноваты, черт возьми! Это все ваше упрямство, – проворчал огорченный Ганимар. – Вам не очень больно?
Они вышли на лестницу. Люпен простонал:
– Ганимар… в лифт… они переломают мне кости….