Жестоко был старик избит,
Кого в селенье каждый чтит.
А я внимал мольбам и стонам
С душой и сердцем возмущенным…
Ни бледность старца восковая,
Ни борода его седая,
Ни воля мудрого творца
От князя не спасли отца!
Я рядом был, но что я мог?!..» [5]
Такая тишь стояла в классе, —