Дом давно уж пропил свой.

Сей любитель полной чаши

И не сеял, и не жал,

Но вгонял до рукояти

В тело ближнего кинжал.

Пусть судьба его слиняла,

Пусть кафтан его не нов, —

Проколоть и муху может

Острием своих усов.

— Налей! Я пью до дна!