Покуда подымался царь по башне, не выносила башня Калафатовой тяжести, все уходила в землю. Ни на вершок не поднялся: он — шаг вверх, а башня — шаг вниз, в землю. А вокруг сызнов леса шумят, а в лесах лисицы. Благоуханно поля цветут, а в полях — птицы. Поскидала с себя природа Калафатовы пачпорта…
Так ни к чему и не прикончилось…
Евграф кончил и опять посмеялся огню.
— Каб ее бетоном сперва залить, землю-те… Может и польза б вышла! — сказал Тешка-пензяк.
— Во-во! Может там сено растет… Так и не возить, — скидывай его прямо сверху, — передразнил Семен.
— А старичок-те любопытен… — заметил Стафеев. — Добра желал!