«Американское правительство закупило в 1947 г. более 10 тыс. т урановой руды; из этого количества на изготовление атомных бомб или на опыты оно могло истратить лишь десятую часть».
Следовательно, речь идёт, с одной стороны, о накоплении запасов этого важного стратегического сырья и, с другой стороны, о попытке монополизировать эти запасы, с тем чтобы они не могли попасть в руки других стран.
Канадская газета «Дейли Трибюн» в феврале 1949 г. выступила со статьёй под заголовком «Уолл-стрит захватывает наши урановые богатства». В этой статье сообщалось, что Канада поставляет Соединённым Штатам по меньшей мере 500 тыс. ф. урановой руды в год. По оценке газеты, из урановой руды, поставленной Канадой в США за последние семь лет, можно было получить энергии на сумму в 87 млрд. долл. Американский трест, название которого держится в секрете, скупает канадскую урановую руду по цене менее 3 долл. за фунт. Стоимость же электроэнергии, получаемой из одного фунта урановой руды при условии, что только половина её может быть использована в процессе получения энергии, составляет 25 тыс. долл.
Газета далее писала:
«Самый ценный металл в мире, который называют сырьём атомного века, тайком захватывают у Канады иностранные монополии, кричащие о надвигающейся «угрозе войны». Наша урановая руда продаётся иностранцам по такой низкой цене, что такую сделку следует скорее назвать воровством. В то время как нашим рабочим, фермерам и предпринимателям предлагают пасть на колени и воздавать благодарность за помощь по «плану Маршалла», правительство за нашей спиной оказывает янки «атомную» помощь стоимостью примерно в 80 млрд. долл.»
На основании «плана Маршалла» и его прямого продолжения — Северо-атлантического договора — западноевропейские страны обязаны предоставлять американским экспансионистам военные базы на своей собственной территории и на территории своих колоний.
Как известно, американские военно-морские и военно-воздушные базы раскинуты по всему свету, на расстоянии многих тысяч километров от Соединённых Штатов. Их агрессивное значение несомненно. Они существуют в Арктике и Италии, в Греции и Турции, в Японии, в Австрии и Западной Германии, в Иране и Египте. Они созданы в Северной Африке и в Саудовской Аравии. Ещё в начале 1948 г. печать сообщала, что американское правительство в обмен на «помощь» по «плану Маршалла» выставляет ряд требований, среди которых фигурирует пересмотр англо-американского договора, заключённого 2 сентября 1940 г., о предоставлении американцам права на 99 лет строительства и использования морской и воздушной базы в Британской Гвиане. Сообщалось, далее, что американцы предлагают Англии продать им колонии, обладающие ценными залежами бокситов, а также остров Ямайку. У Франции они хотят приобрести Французскую Гвиану, острова Гваделупа и Мартиника, у Голландии— Голландскую Гвиану и острова Кюрасао. Данию они обязали предоставить в их распоряжение Гренландию.
Новый этап американской колониальной экспансии был возвещён президентом Трумэном 20 января 1949 г. в речи, произнесённой им при вступлении на пост президента после ноябрьских выборов 1948 г. Перечисляя четыре основные целя американской политики, Трумэн объявил одной из этих целей «помощь отсталым районам в деле их экономического развития».
Комментируя это заявление Трумэна, пресса американских монополий разъяснила, что к числу «отсталых районов» относятся страны Африки, Ближнего и Дальнего Востока, а также Индия и Пакистан. Следовательно, в новом «плане Трумэна» речь идёт о колониях и зависимых странах Азии и Африки, которые находятся под контролем маршаллизированных стран Западной Европы. Таким образом, новый «план Трумэна» оказывается прямым продолжением старого «плана Маршалла»: превратив колониальные державы Европы в своих вассалов, американские монополии заявляют о своём намерении полностью прибрать к рукам также их колонии.
Тотчас же после речи Трумэна представитель английского министерства иностранных дел заявил, что английское правительство «намерено уделить особое внимание высказываниям президента о развитии отсталых районов» и что заявление Трумэна по этому поводу «в значительной мере совпадает с политикой Англии». Несколько дней спустя Бевин, выступая в Лондонской ассоциации иностранных журналистов, заявил: