Не прошло и двух лет со дня гарвардского выступления ныне отставного государственного секретаря Соединённых Штатов, как газеты правящего лагеря буржуазных стран запестрели горькими признаниями кризиса «плана Маршалла». Даже официальные агенты маршаллизации Европы оказались не в состоянии больше скрывать провал «плана Маршалла», настолько этот провал стал очевиден, настолько громко о нём каждодневно напоминает действительность.
«План Маршалла» с самого начала был задуман как средство осуществления сумасбродных планов мирового владычества американского финансового капитала. Для достижения этой основной цели стратеги «плана Маршалла» наметили политику, которая должна была прежде всего обеспечить разрешение внутренних противоречий американского капитализма за счёт маршаллизированных стран. Обращаясь к американской аудитории, инициаторы «плана Маршалла» особенно подчёркивали, что, по их убеждению, он обеспечит Соединённым Штатам рынки сбыта для товаров и сферы приложения для капиталов. Среди учёных лакеев Уолл-стрита особой популярностью пользовались теории «экспорта кризиса» и «экспорта безработицы». Предполагалось, что кризис и безработицу можно вывезти в другие страны подобно всяким другим товарам.
Эта теория, порождённая крайним невежеством и частнособственническим эгоизмом, не выдержала испытания. Кризис и безработица оказались весьма коварными «экспортными товарами»: при вывозе они не только не уменьшаются в Соединённых Штатах, но, наоборот, растут. «План Маршалла», ввергнув страны Западной Европы в кабальную зависимость от Уолл-стрита, ускоренным темпом перенёс тяжёлые болезни американской экономики за океан. Американским монополиям «план Маршалла» принёс жирные барыши. Но вместе с тем он несомненно способствовал дальнейшему быстрому ухудшению экономического положения Соединённых Штатов.
По данным доклада организации Объединённых наций о мировом экономическом положении, промышленное производство в Соединённых Штатах в 1948 г. увеличилось лишь на 3 % по сравнению с 1947 г., а в I квартале 1949 г. оно упало на 5 %, причём в машиностроении этот упадок составил 9 %. Во II квартале 1949 г. падение производства в Соединённых Штатах усилилось. В июле промышленное производство было на 18 % ниже, чем в октябре 1948 г., и на самом низком уровне с мая 1946 г. Оно составляло лишь 65 % от наиболее высокого уровня, достигнутого во время войны. С октября 1948 г. по июль 1949 г. выплавка стали сократилась на 28 %, продукция общего машиностроения — на 21 %, цветных металлов — на 32 %, текстильной промышленности — на 27 %. В августе и в сентябре индекс промышленной продукции испытал незначительное сезонное повышение (169 и 172), которое сменилось дальнейшим падением в октябре — до 152. Таким образом, объём промышленного производства с октября 1948 г. по октябрь 1949 г. упал на 22 %, Характерно, что за первый год кризиса 1929–1933 гг. падение производства американской промышленности составило 15 %, а за первый год нынешнего кризиса — 22 %.
Особенно показательно, что, несмотря на субсидирование американского экспорта по «плану Маршалла», доля Соединённых Штатов в мировом экспорте снизилась с 26 % в I квартале 1948 г. до 21 % в последнем квартале года. 1948 год не только не дал прироста американского экспорта, но, наоборот, вывоз Соединённых Штатов сократился по сравнению с 1947 г. на 18 % в ценностном выражении и на 23 % по объёму. В послевоенный период ненормально разбухший экспорт играл крупнейшую роль в экономике Соединённых Штатов. Так, экспорт хлопчатобумажных тканей повысился с 237 млн. квадратных ярдов до войны до 1 471 млн. в 1947 г., экспорт угля — с 11 млн. тонн до 70 млн., пшеницы — с 0,6 млн. тонн до 13,2 млн. Уже в 1948 г., несмотря на то что добыча угля и выработка хлопчатобумажных тканей в других капиталистических странах ещё не достигли довоенного уровня, экспорт угля из Соединённых Штатов в Европу сократился на 20 млн. тонн против 1947 г., а вывоз хлопчатобумажных тканей снизился до 813 млн. квадратных ярдов. В I квартале 1949 г. общий объём американского экспорта был на 23 % ниже максимального уровня, достигнутого в послевоенный период.
Американским рабочим прислужники монополий из реакционных верхушек Американской федерации труда и Конгресса производственных профсоюзов обещали, что «план Маршалла» обеспечит им работу. Это обещание оказалось шарлатанством.
«План Маршалла» не только не задержал роста безработицы, но, наоборот, ускорил его. Так, одной из важных статей американского вывоза является промышленное оборудование. Но в результате «плана Маршалла» экспорт его оказался почти ликвидированным, ибо американские монополии стали проводить политику запрета торговли с Советским Союзом и странами народной демократии и отказывать в промышленном оборудовании западноевропейским странам из боязни возрождения конкуренции с их стороны. По данным американского профсоюзного журнала «Марч оф лейбор», из почти 2 млрд. долл. экспорта по «плану Маршалла» в конце 1948 г. на промышленное оборудование пришлось лишь 60 млн., или 3 %. С апреля 1948 г. по апрель 1949 г. только в электротехнической и машиностроительной промышленности было уволено 200 тыс. рабочих.
Прогрессивный американский еженедельник «Нейшнл гардиан» с большой горечью констатировал, что «американское эмбарго (запрет) на торговлю с Россией, Восточной Европой и новым Китаем стоит работы 3 млн. американских рабочих, которые имели бы работу, если бы была возобновлена торговля между Западом и Востоком».
Безработица становится всё более грозной проблемой в Соединённых Штатах. По официальным данным, число полностью безработных за последний год удвоилось. По данным профсоюзов, число полностью безработных достигло 6 млн. человек, число частично безработных превысило 12 млн.
Американским фермерам защитники «плана Маршалла» обещали беспрепятственный сбыт их продукции на западноевропейских рынках. Что же получилось на деле?