- У меня французские стихи уж давно.
Цветков, никак не ожидавший такого теплого выражения благодарности, быстро обернулся и чмокнул его в плечо.
Посмеявшись часов до десяти, они наконец пошли спать, и на следующий вечер Ваня гордо подал книгу Федору Федоровичу, прося его выслушать стихи, и готовился поразить его нежностью выговора и твердым знанием.
Он начал.
Федор Федорович с удивлением слушал. Чем дальше шел Цветков, тем печальнее становилось лицо доброго учителя. Цветков произносил ужасно, в азарте выговорил все "п" по-французски, в нос. Окончив, он взглянул на немца... и вдруг смутился, увидев, что тот задумался.
- Что же-с?
- Благодарю вас, Цветков, - сказал Федор Федорович, - что вы выучили немецкую поэзию; но вы не можете читать на акте стихи: у вас французское произношение.
Ваня страшно сконфузился.
- Это, верно, от того, - заметил он, притворно смеясь и повертываясь на одной ноге, - что моя маменька очень хорошо говорила по-французски?...
Но не слыша никакого возражения, поспешно прибавил: