Больше они об этом не говорили.
IV
Много ли, мало ли дней шел Петро дорогой, только пришел он наконец в большой город.
Домов было много — и высоких, и небольших, и богатых, и бедных, и новых, и старых; сады и церкви были; в лавках купцы торговали. На базаре толпа толпилась. Петро увидал в толпе старика усатого в чорной чалме и одежде, хотя и из домашнего и толстого сукна, из такой же абы, какую носили и Христо и он сам, однако гораздо новее и цветом темнее и лучше. Пред стариком стояли два молодца, оба оборванные, и нанимались ему в работники.
— Много ты, юнак, денег желаешь, — говорил старик одному молодцу.
— Нельзя меньше, господин Брайко, — отвечал ему молодец оборванный. — Работа у вас трудна.
Старик сказал другому оборванцу:
— А ты, Стоян, что желаешь?
Сказал Стоян ему свою цену, и ее нашел старый Брайко не малою.
— Вы дорого просите, — сказал он и отвернулся от них.