— Мерзкий простолюдин этот и пономарь счастливый унизил нас, и теперь дарит и ласкает! Не прощу я ему этого и не забуду, что он и в единоборстве сына моего обманул, надев кольчугу! Мне дары и благодеяния его мерзки!
И царедворцы согласились, говоря:
— Когда бы там, у царя Агона прогнали или убили его! И тебе бы, государь, об этом постараться при случае.
Петро же, полагая, что он теперь всех хитрее, и счастливее, и сильнее, с торжеством возвратился домой. За войском везли тела ненавистного ему архистратига и милого друга его, архистратигова сына, который из любви к нему отца своего ему предал.
По возвращении войска с войны, когда добрый царь Агон узнал о победах и подвигах прекрасного Петро и о жестокой и позорной смерти любимого архистратига свое-
го, он испугался, скрыл в сердце печаль свою и со вздохом сказал:
— Теперь мы все в его власти!
Он после этого смирился совсем пред зятем и не обнаруживал ему более ни зависти, ни вражды.
Царедворцы же его, которые были Петро враги, говорили между собою:
— Нам и убить его теперь неудобно; как бы нас не растерзал народ. Все бедные люди от него золота ждут! А теперь, после великих подвигов своих на войне, он еще больше распухнет и превознесется!